Показав рукою на Сыщерова, вместе с Лазаревым стоявшего у завода, Андрей сказал:
—   У нас в Новом Ургенче три социалиста: Сыщеров, Лазарев и Кисляков. Сыщеров с Кнсляковым как сойдутся — спорят, кричат на весь город, чуть не дерутся. Друг друга терпеть не могут. А Лазарева Сыще-
ров боится задирать, тот ему слово скажет — Сыщеров так и отлетает. Не знаю, что за слово. Спрашивал Сыщерова — молчит,  а Лазарев смеется...
С веранды, заросшей вьющимися розами и хмелем, им  махала платком  Ната.
—  Андрюша, довольно тебе мучить товарища. Он к нам так и ходить не станет...
На веранде был накрыт чайный стол. Большой томпаковый самовар мирно шумел с краю стола. Мать На-ты, с которой Григорий познакомился на ужине в клубе, снисходительно протянула руку товарищу своего сына:
— Слышала о вашем храбром поступке.
— Сумасшедший,— насмешливо сказал Андрей.— Он  мог получить воспаление легких, сейчас не